Крейсеру Москва
 

Сто двадцать первый бортовой...
В России – кто ещё живой –

Вторгните матерщину в руководящие лица!
Чёрной воде в корабль влиться –

Было приказано, в шторм, потопили крейсер.
Вставай, каждый, ты – умывайся, кровью, брейся,
Завтрак – стопку, крытую хлебом – по всем городам и весям –
Помянем «Москву»  – мёртвый покой – ничего не весит!

Флаг и гюйс успели спустить, фотографии детей взяли?
Флот, меня и страну осиротили, до дна!
Эхо одинокое от слов «Мать вашу родину...» в зале –
В чёрном от возмущения море, где видна

Скорбная тишина и песенка Вертинского вращает звуки
О том, что в бездарной стране... подвиги... это ступени...вниз..
Вдоль берега чайки. Вдаль устремлён взгляд. Вдоль тел повисают руки.
И весело капель, капля, за каплей, покидает карниз.

Прощай, «Москва»,
Сто двадцать первый номер бортовой!
На дне надежд лежит...
И нервы тетивой
Натянуты – над пропастью во лжи!
Россия, тем кто верит расскажи,

Как трудно верить! Будто бы Цусима
Опять, губами в кровь, произносима,
И крейсер, и стратеги от сохи,
И болью переполнены стихи...

И что ещё нас ожидает впереди?
Терпением и верой награди,
Господь, наш номер жизни бортовой –
Сто двадцать первый,
С непокрытой головой,
Прощаюсь с флагманом России, крейсера,
Они как люди, ждут прощальное «урра»,
Над Чёрным морем, над волною, над Кремлём...
Мы – будем живы, братцы,
Если не умрём.


 

© Copyright: Вадим Шарыгин, 2022
Свидетельство о публикации №122041500636