06-20150412_170058.jpg
© Все права защищены©®©

Мои стихи неразличимы для неимущих
в поэзии, как слёзы в дождь, неразлучимы
с Серебряным веком, неразлучны — со всем,
что навек утрачено.     

Вадим Шарыгин

На одной планете с современностью,  но в разных вселенных!

Я обращаюсь своей поэзией к своим настоящим/всегдашним современникам, читателям и слушателям : к уцелевшей горсточке людей разбирающихся в поэзии, к поэтам Серебряного века, к гражданам поэзии Двадцатого века, уже ушедшим в мир иной и к гражданам поэзии Двадцать первого века, уже прошедшим страшные глобальные испытания, начинающим мир  практически заново. Приветствую вас, жители Третьего тысячелетия! Если вы читаете, если вы слышите, в том числе, мои стихотворения, знайте, что горсточка поэтов и ценителей поэзии, рассеянных по потаённым уголкам своего несчастного времени, сберегли для вас, для вечности лучшие традиции - Слово и Голос, и сердце русской поэзии. Мы держались до последнего мгновения, до последнего удара сердца : в поругании, в забвении, в подполье, без поддержки и помощи, но не сдали обывателям всех мастей и оттенков последних рубежей русской словесности: не склонились перед дурновкусием литературизованных профессионалов и рвотной творческой раскрепощённостью профессиональных любителей !

У Марины Цветаевой есть два ключевых, выстраданных вывода, проясняющих в каком отношении поэзия и поэт находятся к современникам и современности:  

 

"Поэзия - это самое бедное место на земле. И это место свято".

«Один против всех и без всех. Враг поэта называется — все. У него нет лица».

 

Поэзия, а речь идёт, безусловно, о большой, талантливой, подлинной, то есть поэзии, находящейся на вершине раскрытия языка и в сокровенном эпицентре магии поэтической речи - именно она есть самое бедное, то есть самое одинокое, брошенное и не поддержанное никоим образом любителями поэзии место на земле. И это место свято, то есть открыто современности и современникам, но противоположено большей части их представлений о "любви к поэзии". Враг поэзии - все. Все те, кто думает. что любит и знает её. Любители поэзии, на самом деле, имеют смутные представления о том, какою ценою зарождается Слово поэзии, каким образом возникает искусство поэзии и какого состояния сознания требует для своего восприятия, для восхождения в него, а не топтания вокруг да около. Любители умилений по отношению к погубленным поэтам - это ещё не друзья поэзии, поскольку их творческая близорукость и отсутствие чутья на лучшее из того что есть в современности, ставят их в один ряд с любыми другими антипоэтическими людьми. У поэзии нет "не друзей", если не друзья, то враги, то есть нет серединного положения : если ты не поддерживаешь лучших, словом и делом, если ты не отличаешь лучших от хороших, значит обслуживаешь поток, работающий против лучших, кои итак всегда, кои априори существуют в абсолютном меньшинстве и беззащитности. Вот почему поэзия достигает более-менее значительного и значимого числа людей через два-три-четыре поколения. А современникам достаётся только то, что культивируют "друзья потока". Вот почему, поэзия побеждает время, но проигрывает каждой современности и всей человеческой жизни, в частности. Враги поэзии - не те, кто вообще не читают, а те, кто не разбираются, а разобравшись игнорируют, те кто не поддерживают талантливых и при этом лихо умиляются поэтам прошлого, носят цветы на могилы погубленных.

И такое положение вещей никогда не изменится к лучшему, как, впрочем, и вся человеческая жизнь. Это поняла Цветаева. Это было ясно всей серебряной плеяде поэтов. Это ясно мне, отныне и до скончания дней...

big 1.jpg
46902846_1426879227447979_80158916829459

    Сегодня на всю Россию, 
по моим прикидкам, найдётся :
 


Примерно, миллион человек, пишущих и читающих плохие или хорошие стишки, или разнообразную непоэзию.
Примерно, несколько десятков человек поэтов средней руки, пишущих поэзию, совпадающую с ожиданиями и возможностями восприятия подавляющего числа любящих поэзию современников.
Примерно, тысяча человек ценителей поэзии, которым не достаточно творчества поэтов средней руки.
И, наконец, есть несколько человек — талантливых или больших поэтов, превосходящих — словом и сердцем — свою современность.


Я самозванец, считающий себя одним из лучших поэтов современной России, приглашаю самых восприимчивых и дерзновенных читателей — отнюдь не на размеренную «прогулку в рифму», но в пропасть, в бездну чувств и оттенков, в изменённое состояние сознания под именем «поэзия»!

Поэзия — это вершина человеческого сознания, но не вершина горы, а вершина падения в пропасть звука и смысла. От неска'занного к несказа'нному. Существующее без дела или беспамятное слово — венчает поэзию. Наша, стремительно глупеющая, тупеющая и растущая численно, современность пестует тех, кто может и хочет перемывать кости её провалов и раздувать кострища её достижений, поощряет тех, кто совпадает с нею, тех, кто увлечён разнообразием ничтожного. Большая или талантливая поэзия — тонущий непокорённый остров вымышленной достоверности посреди бушующего океана стремительно отмирающей жизни. Мир узких деятельных специалистов, крадущихся или прущих напролом в своё не отягощённое совестью и сонностью будущее, мир «буквальных» людей — страшен и смертельно опасен для искусства поэзии, но всё-таки не властен над нею. Поэзия — альтернативный путь в будущее.

В добрый путь, граждане поэзии,
все, кто остался!


 

    Стихотворение-визитка

На казнь пройти поэту    

  Прощальным поэтам 
                         прошедшей России посвящается.


Сегодня
  Лет осколки канут в Лету,
Покоем оглушает ночь вдвойне.
Дорогу, жизнь!  — На казнь пройти поэту,
Несущему луч солнца на спине.

Сегодня 
  Дождь идёт тысячелетний:
Роняет слёзы с кромок дней весна.
Прервите – суд, обиды, гогот, сплетни,
Взирайте смерть : засушлива, пресна!

Сегодня  
  Жмётся ночь, как инок к вере,
В Елабуге мрак спичкой разогрет.
Стон стих: на Офицерской, в Англетере;
Вторая речка не зажгла в бараках свет.

Сегодня  
    Залп! — в шинель и капли смерти 
На насыпи под Питером.  В Москве – 
Проезд Лубянский выстрел ждёт, поверьте
Не ранее полудня злой молве.

Сегодня  
  Возвратится к Гумилёву – 
Смертельно обвенчавшаяся с ним.
Вся жизнь — словам, давайте, к слову
Высоко ветви тонкие склоним!

Сегодня 
Казнь : вослед, в глаза, заочно!
Как кровь из вены — судьбы извлеку...
Слезится дождь и колокол полночный
Подвязывает капли к языку.

                        2009 - 2015 г.г.

           
  Поэзия    — есть высшая форма человеческого сознания,
особая форма восприятия мироздания, при которой

 

слова обретают :
 

- мгновенную силу воздействия
- максимальную полноту звучания
- минимальную зависимость от значений

 

    Поэзия — это путь :   
 

От правды к правдоподобию.
От прямой речи к иносказательности.
От потоков слов — к Слову.
От хорошего к лучшему.
От потока сознания к звукосмыслам.

 

В какой момент жизни или как именно человек приходит к поэзии?

Без поэзии можно прожить вполне замечательную, нравственную, интересную жизнь.
Придти к поэзии это, как почувствовать потребность посмотреть на звёзды в разгар солнечного дня — надо найти колодец, спуститься на его дно и взглянуть оттуда, зная, что откроется очень маленький кусок неба и только прямо над головой, и хорошо ещё, если увидишь хотя бы одну звезду...

 

Поэзия в человеке — это насущная потребность рискнуть обрести «самое бедное место на земле» : без приятного времяпрепровождения, без поддержки, без благодарности и без понимания со стороны абсолютного большинства культурно-образованных современников; это место, бесконечно далёкое от красивого и бесконечно близкое к прекрасному!

Разглядеть в каждой современности поэзию — равносильно желанию разглядеть «одну возможную звезду в разгар дня со дна колодца».
 

Откуда берётся такая потребность, и затем, такая способность увидеть?
 

Из пристального всматривания в жизнь, или как результат мучительного личного поиска иного состояния жизни.

Кто-то приходит к другим искусствам — к живописи, к скульптуре, к музыке...

Поэзия  — это человеческий голос живописи, скульптуры, музыки. Не рассказанная, не пересказанная живопись, музыка, скульптура, а Слово, ставшее живописным, музыкальным, скульптурным для того, чтобы сохранялась главная ценность жизни людей — Общение или нескончаемая Встреча человека с человеком.
 

Незримое обретает дар речи — человеческий голос...
 

Поэзия, мгновенно и на века, создаёт — человеческий голос, вбирающий в себя необозримое современностью и неукротимое жизнью высшее пространство; неумолчный голос Человека, состоящий из таких комбинаций, соотношений слов, из словосочетаний, погружённых в ритмы , в рифмы, которые нужны для жизни человека не более, чем звезда, видимая со дна колодца в разгар солнечного дня.

Ключевая сложность поэзии — обрести чутьё на поэзию невероятно трудно — архисложно научиться отличать поэзию от хороших и плохих стишков. Эта невероятная сложность сужает круг, снижает количество граждан поэзии до какой-нибудь сотни в каждой сотни тысяч человек любителей, то есть, из каждой тысячи любящих поэзию находится только один гражданин поэзии — погружённый или посвящённый в тайны поэзии человек.
 

Представляете, как нас мало!
 

В основном, люди интересующиеся современной им поэзией не идут дальше творчества стихоплётов и поэтов средней руки. Там, конечно, «есть чем поживиться», много вложено душевных сил, много экспрессии, много желания что-то сказать в рифму... Но там нет главного — чары, волшебства, магии звукосмысла, там нет дух захватывающих впечатлений, веком умещённых в мгновение, в слово, в строку; там не чувствуется работы над Словом, огранки слова, там есть стихи, но в стихах нет поэзии!
Там есть высокое, но нет «высоты пропасти» или «высоты падения».

Кроме того, люди, современники, которые любят поэзию кого-то из уже погубленных другими современниками поэтов-классиков, зачастую, не знают главных достоинств и достижений любимых поэтов.
 

   Что означает «разбираться в поэзии»?  
 

Это значит иметь критерии оценки и расставлять приоритеты внимания.

На мой взгляд, не стоит исключать из поля зрения поэтов средней руки или поэтов одного времени — важно знакомится с их творчеством, находить наиболее интересное, отдавать должное их способностям, самоотдачи, но воспринимать их можно и нужно, как говорится, в фоновом режиме, отдавая сердце и время — талантам, поэтам «первой величины», поэтам, пишущим дух захватывающую, богатейшую в языке и инструментарии поэзию, перекинутую мостом из прошлого в будущее.

Поэзия слов и поэзия жизни — сестры, идут рука об руку, не существуют в душе человека одна без другой. Поэтому, если кто-то хочет овладеть таинственным очарованием поэзии слов, без поэзии жизни не обойтись.
 

 Что такое «поэзия жизни»?  
 

Утончённый взгляд на вещи, способность к заворожённости — пребывание в заворожённом состоянии, или попадание под магическое обаяние — места, действия, чувства, вещи, явления, воспоминания, прозрения, то есть, таких моментов жизни, в которых как будто исчезает привычное сознанию чувство времени и пространства и громадно расширяются границы или очертания собственного «я».

Поэтическая зоркость, пристальность взгляда, восприимчивость к мельчайшим деталям, метаморфозам, передача собственного взгляда — миру, и взгляд на жизнь глазами жизни, со стороны самой жизни.

Главная беда современных авторов, по недоразумению и в угоду вкусам большинства, оказавшихся на медийном слуху и на пьедестале почёта «русскоязычной словесности» :
 

Необузданные дисциплиной строчки , не отягощённые даром слова потоки сознания — словесная диарея, в которой бедность словаря вуалируется селевым потоком повседневного слэнга, в которой нагромождения слов отбрасывают «тени на плетени», и «в огороде появляется бузина, поскольку в Киеве дядька»; такой «русский язык для иностранцев», такой «кефир под кайфом», в котором строчки переполнены словесными выкрутасами, эпатированием публики анатомическими подробностями антропологических будней своих авторов.

Абсолютная госпожа современной интерпретации поэзии — рифмованная проза

прозаические мысли и чувства, положенные на рифмованную основу, наскальный язык начала времён или подвыпивший развязанный язык помады на туалетных зеркалах пополам с захлебнувшейся струёй энергетика из алюминиевой банки — мощная немощь прописных истин или глубокомысленная белиберда, или злободневность с накрашенными далеко вперёд и вверх ресницами — обрели-таки своих бойких, шустрых, словоохотливых носителей, кои накрепко, на года прилипли к всероссийским микрофонам, изрыгнулись на головы сотен тысяч неимущих в поэзии молодых душ, вывалились на плоскости нравственно износившихся мозгов мешаниной словесного фастфуда. Диарея воспалённого мозга современной «а ля-поэзии», лихо гаркнутая или хило промямленная в столбик, подменила собой поэзию, просто и буднично оказался перечёркнутым — весь предшествующий путь, весь предшествующий опыт и подвиг серебряной плеяды поэтов.

Такое впечатление, что у современных авторов, добившихся определённой известности в литературных и окололитературных кругах, насобиравших лайков, почестей и наград, напрочь отсутствует поэтическая связь с поэзией прошлого, не чувствуется никого постижения высот и падений, за которые жизнями и исковерканными судьбами своих лучших поэтов заплатила русская поэзия. Все эти девочки и мальчики среднего возраста и дарования как будто ухмылка ухабистой эпохи над растерявшей саму себя Россией, закономерный фарс, ярмарка абсурда! «Грабь награбленное!» сменилось «Пиши что в голову придёт!». Возникла радикальная «новизна без поэзии». Новоявленные поэты и поэтки — нагородили такой словесный огород, что вместо поэзии взошли ростки диких чертополошных культур, совершенно устойчивых к веяниям мировой и русской культуры. Острыми каблуками и тупыми заточками слов молодое пополнение всенародной говорильни ловко и быстро выпотрошило : стиль, всю русскую поэтическую речь и традицию, лихо шибанув читателей и слушателей «одеколонным запахом новизны», примерно также, как в своё время большевики выпотрошили штыками прежнюю Россию, на десятилетия пропитав её затхлостью скученных потоков, марширующих по костям и погостам собственного будущего.


 

Есть ли в «хрущёвке» архитектура?

-Да, есть, это «архитектура хрущёвки», когда без изысков, но жить можно!
Есть ли в нашей современности поэзия?
-Да. Есть, это «поэзия хрущёвки», в которой, хотя и без изысков, но жить можно!
-А нужно ли?
-А это уже другой вопрос, есть, в конце концов, «программа реновации», когда из «коробок вдоль» переселяют в «коробки ввысь», там больше квадратных метров, это не Шехтель, но жить можно!
-Значит, теперь настала эпоха «поэзии ввысь»?
-Не совсем «ввысь», скорее, «вверх», у поэзии нынче новое жильё : нищими руками строено, заёмными деньгами плачено, втридорога продано, туалетной плиткой облицовано, монолитобетон называется!
- Жильё новое, а житья нет...

© Copyright: Вадим Шарыгин, 2018
Свидетельство о публикации №118100508807

Критический обзор стихотворений-участников Премии "Поэзия 2019":

https://www.poetvadimsharygin.com/blank

Поэты серебряного века
Поэма писем. Вадим Шарыгин
Маяковский. Застреленное сердце.
Мои любимые стихи. Ахматова
Мои любимые стихи. Гумилёв
Марина Цветаева
Мандельштаму посвящаю
Александр Блок
Владимир Маяковский
Над Пастернаком. Цикл
Снег да вьюга и некуда деться!
Поэма Англетер
Николай Гумилёв. Любимые стихи
Анне Ахматовой. Книга Серебряный поэт
Марина Цветаева о поэтах и поэзии

Сообщение отправлено, спасибо!

"Со скучными поэтами - то же, что и
со скучными людьми: надоедает не однообразие, а тождественность ничтожного, хотя бы и весьма разнообразного"

 
Марина Цветаева



«Один против всех и без всех. Враг поэта называется — все. У него нет лица».

 Марина Цветаева


«Быть может, самое утешительное во всём положении русской поэзии –
это глубокое и чистое неведение, незнание народа о своей поэзии.".


Осип Мандельштам



 

  Ремарка    

В поэзии идёт нескончаемая борьба между дисциплиной замысла, темой, высказываемой мыслью и беспорядочным, бурным рождением всё новых образов, всё новых и по-новому звучащих слов; между лирическим порывом и зоркостью ко всему внешнему и чужому. Как непросто найти слова, которые являли бы смыслы осязаемые, вещные, но говорили всё же о чём-то происходящем во внутреннем мире поэта. Поэзия неотделима от языка, живёт не иначе, как с ним и в нём, воплощена в слове без остатка. Да, словесная ткань стиха и есть поэзия. Но всё-таки не всё равно — прислушиваться к словам, и к их звуку, к звуку их сочетаний, или же, вслушиваясь в живую речь, сквозь слова услышать сказанное ими слово!


  Я ВОЗНОШУ НА УРОВЕНЬ ЛИЦА   



Я возношу на уровень лица :
Зовущий ввысь, латунный блеск горниста!
В горниле войн погиб покой тенистый
И тени срублены, как деревца!

Я возношу на уровень небес :
Земного неба полинявший купол.
Прижата к сердцу праздность детских кукол —
Где напролом живут, где кровь вразвес!

Я возношу на уровень добра :
Последнего идущего без дела!
Ночь лунная слезами оскудела
В разгаре россыпей из серебра.

Я возношу на уровень лица :
Лампадный свет ночующего неба.
Спокойным голосом сказать вам мне бы
О том, как в память канули сердца...


 

© Copyright: Вадим Шарыгин, 2020
Свидетельство о публикации №120102600710 

Высокая площадь

 

                                  Всем, навсегда утраченным Россией, посвящается...


Словно не было их,
Не звучали над ночью высокие трубы.
Умерла тишина одичалых дворцов, ополоснутых прожекторами траншей.
И пригубленный воздух столетий горчит. И повесился грубый
Окрик — в бешеном полуподвале... Смертельная жизнь!  — 
Ослепили, прогнали взашей...

Я вбираю голодные крошки в ладонь — строчки чёрствого края.
Догорающих зрелищ полны заточённые в книги стихи, не слышны никому.
Но высокая площадь, сиянием лунным наклонно играя, —
Литургию глубокого облика ночи творит! И воскресшая жизнь на кону!

Словно всё нипочём,
Я возделывал площадь распластанной речи!
Вслед за плугом моим : и литания гласных, и сомкнутый цвет голословных потерь.
Славно крылья слышны — высоту темноты набирающий кречет,
Оглашённая радость моя — взблеск последней строки
И тогда навсегда, и теперь!

Соглядатаи любящих — 
Нас, спящих в снах, извлекли, наказали :
Ждём, живьём позабытые, — мести изысканной или грозы ослепительный кнут!
Раздуваются щёки оркестра... Часы «без пяти» — на вокзале...
Преисполнена неизгладимости, замерла пустота
Отгремевших минут.


 

© Copyright: Вадим Шарыгин, 2018
Свидетельство о публикации №118041708754